01.12.2020

Алена Горбачева: «Как я переболела ковидом»

Алена Горбачева

 

 
 

Алена Горбачева: "Как я переболела ковидом"

 

 
 

Алена Горбачева: "Как я переболела ковидом"

 

 
 

«Я переболела ковидом. Переболела тяжело. Слава Богу, обошлось без реанимации, хотя была на грани. Началось все 7 мая с температуры и легкой ломоты в мышцах. И сильной головной боли. Пришли из поликлиники, взяли тест на ковид, оставили лекарства против гриппа. 11.05 мне стало хуже. Температура скакала до 38,6. Позвонили из Роспотребнадзора и сообщили, что тест положительный», — пишет москвичка в Facebook.

«Дальше было первое КТ и диагноз КТ-1 (поражено 25% легких). Сказали лечиться дома. Выписали противомалярийный препарат и антибиотик. На третий день я покрылась сыпью. На вопрос врачам, это ковидная или аллергическая, они не ответили. На предложение выписать мне антигистаминные, мне было сказано: «Вам ехать или шашечки? Мы Вас тут от ковида лечим, с сыпью потом…»

17 мая мне стало еще хуже. Я начала задыхаться. Повезли на КТ. И это уже было КТ-3. (Поражение до 60% легких). Но в описании почему-то значилось по-прежнему 25%. Я была в таком состоянии в тот момент, что не смотрела в бумажки. Самое интересное, что врач, установивший у меня КТ-3, предлагал возвращаться домой на такси и лечиться дома. А я уже задыхаюсь… Хорошо, что есть верные друзья. Они вызвали бригаду скорой, которая забрала меня в больницу. Больницу тоже не выберешь. Везут туда, куда дает наряд город. Я попала в 71-ую больницу (Можайское шоссе, 14).

И дальше — самая главная часть моего рассказа. Т к написать все это меня сподвигло именно то, что я там увидела и что пережила. Но сначала скажу, что главным врачом там является медийное лицо от медицины, всем известный (кроме меня по причине отсутствия телевизора с 2005 года) Александр Леонидович Мясников.

Первую неделю я находилась там, как в бреду. И через 6 дней наступило ухудшение. За эту первую неделю со мной не говорил ни один врач или медработник. Я в курсе правил, я знаю, что все молодые и все в костюмах космонавтов. Также я логически предположила, что лечащие врачи сидят в зеленой зоне и нас в глаза не видят. Те молодые специалисты, которые приходят, просто собирают информацию — меряют сатурацию, задают два вопроса всем: тошнит не тошнит, что беспокоит, и передают все данные врачам из зеленой зоны.

Медперсонал всех лечит одинаково. По протоколу — по утрам и вечерам укол аналога Гепарина в живот, днем капельницы с антибиотиком и преднизолоном. Когда мне стало хуже после такой недельной терапии, я стала искать возможность поговорить хоть с каким-нибудь врачом. Мне буквально пришлось дежурить у ординаторской и просить, чтобы ко мне подошли и поговорили. Чтобы хотя бы взяли кровь и посмотрели динамику за эту неделю. (Анализов никто всю неделю не брал, кроме тех, что при поступлении). Все безуспешно. Меня футболили, обещали, что врач подойдет, но позже. И так продолжалось весь день.

Тогда я поняла, что нужно действовать, пока не померла. Мне всегда неудобно кого бы то ни было напрягать на свой счет. Пришлось через это переступить. Я стала звонить всем своим знакомым, у которых есть ресурс повлиять на ситуацию извне. Стала искать хоть каких-нибудь знакомых или знакомых знакомых среди персонала. В результате что-то сдвинулось и меня увидели. Взяли кровь на следующее утро. Все свои анализы я получала контрабандой в вотсап, сфотографированные с экрана монитора (потому что легально мне было сказано — получите все при выписке). Я получила возможность отправлять их своим врачам и понимать динамику. От местных врачей я так и не добилась разговора. Мне, видимо, поменяли что-то в лечении, потому что стало полегче, и с каждым днем я чувствовала себя на миллиметр лучше.

И, знаете, что самое страшное — полное отсутствие хоть какого-то человеческого общения с врачом. Более того, нам всем было сказано открытым текстом: «В реанимацию не попадайте, оттуда никого живых не спускаем!».
Нормально! А еще на мой вопрос про кислород (нам никому его не давали) было сказано, ну вы же еще сами дышите! Или был такой еще ответ: «А вы что не в курсе, что лекарства от ковида нет. Мы не знаем, как вас лечить». И это говорят больным людям, находящимся в этом аду.

Сказать, что я сломлена физически и морально — это не сказать ничего. Морально, кстати, больше. И у меня вопрос к этим прекрасным людям в костюмах космонавтов — у вас есть хоть немного сострадания? Я очень остро поняла, что когда ты беспомощен, и твой разум ищет, за что зацепиться, чтобы где-то взять силы, невероятно важно простое человеческое участие врача, просто разговор о том, что у меня сейчас в норме, а что не очень. Это называется поддержка и сострадание. И я не знаю, справилась бы или нет, если бы эту поддержку мне не оказывали мои друзья-медики и просто знакомые, которые писали в вотсап, контролировали мое состояние по 5 раз в день. Я спаслась только этим!

Нам поставили капельницы, пожилой женщине стало плохо. Я кричу: «Пожалуйста, зайдите к нам. Женщине плохо». Тишина. Никого. Я орала минут 15. Пришли ленивым шагом. Смотрят, без эмоций. Выдернули капельницу у старушки и ушли. Ни слов сочувствия, ни утешения. Ничего. Роботы.

Теперь по условиям. На фото все красноречиво. Добавлю лишь, что в палатах на 6 человек нет тревожной кнопки. Была смена, когда умерло сразу 3 человека. Пролежав неделю, я поняла, что ни разу не кварцевали палату. Ходила обивала пороги ординаторской. Меня там уже ненавидели по-моему. На седьмой день принесли аппарат. Покварцевали. И снова прошло 5 дней, пока я добилась следующего сеанса положенной ежедневной дезинфекции.

Как кормили… Мы все знаем, что больница, есть больница. Никто и не ждал ресторанной еды. Но, люди, к концу второй недели я, в ожидании приема пищи, боролась с двумя противоречивыми чувствами: голодом и подступающей рвотой при мысли, что сейчас принесут.

Моя выписка. Я очень надеялась на обстоятельный разговор с врачом по поводу рекомендаций по долечиванию, т.к. мое состояние хоть и улучшилось, но оставляло желать лучшего. Вместо этого мне отдал файл с моим назначением охранник и тут же попросил покинуть помещение. Даже просьба дождаться такси у выхода не возымела действия. Меня просто выгнали на улицу. Хорошо, дождя не было. Меня туда на скорой привезли в 5 утра. Я вообще не ориентировалась, куда идти. Мне пальцем показали направление и захлопнули дверь.

Когда, сидя в такси, я первый раз прочла выписку, то обнаружила сплошное вранье про те действия, которые врачи якобы со мной проделали перед выпиской. Были перепутаны результаты тестов на ковид и, самое интересное, мне не было назначено никакого лечения вообще. Ну, то есть еще сегодня утром мне делали уколы и давали таблетки, а дома все, ничего не надо. А как долечиваться — у меня вопрос!

И еще. За эти две недели в больнице мне два раза звонила полиция с просьбой открыть дверь. И пришел штраф за нарушение режима карантина. Из больницы обязаны были прислать данные в Роспотребнадзор. Но этого не случилось. Мне сегодня звонили — у них моя карта чиста с 13.05.

Я не знаю доктора Мясникова. Возможно, он прекрасный специалист. Но я его не уважаю за такое скотское отношение к людям. За ужасающее состояние московской (!!!) больницы. За то, что он, занимаясь важными политическими медийными делами от медицины, забыл объяснить своему персоналу главное, в чем нуждается больной — в поддержке и участии. Нас не надо любить, нас достаточно просто увидеть и понять, что на нашем месте может быть кто-то из их родственников. Этому уже, наверное, не учат.

А жаль. Статистика по выздоровевшим была бы значительно лучше, если бы нам помогали бороться с этой гадостью психологически, а не безразлично наблюдали: выживет-не выживет.

P.S. Единственным живым человеком оказалась врач Татьяна Николаевна Воронова. После того, как я всех там достала, она стала к нам заходить и подробнее разговаривать. Наша палата буквально ожила!»

читать оригинал

Источник: www.newsru.com

Добавить комментарий